<?xml version="1.0" encoding="UTF-8"?>
<!DOCTYPE article PUBLIC "-//NLM//DTD JATS (Z39.96) Journal Archiving and Interchange DTD v1.4 20241031//EN" "https://jats.nlm.nih.gov/archiving/1.4/JATS-archive-oasis-article1-4-mathml3.dtd">
<article xmlns:ali="http://www.niso.org/schemas/ali/1.0/" xmlns:mml="http://www.w3.org/1998/Math/MathML" xmlns:xlink="http://www.w3.org/1999/xlink" xmlns:xsi="http://www.w3.org/2001/XMLSchema-instance" xsi:noNamespaceSchemaLocation="https://jats.nlm.nih.gov/archiving/1.4/xsd/JATS-archive-oasis-article1-4-mathml3.xsd" article-type="research-article" xml:lang="ru"><front><journal-meta><journal-title-group><journal-title xml:lang="ru">Клиническая и экспериментальная морфология</journal-title></journal-title-group><issn publication-format="print">2226-5988</issn><issn publication-format="electronic">2686-6749</issn><publisher><publisher-name xml:lang="ru">ООО &quot;Группа МДВ&quot;</publisher-name></publisher></journal-meta><article-meta><article-id pub-id-type="doi">10.31088/CEM2025.14.3.33-41</article-id><article-categories><subj-group subj-group-type="article-type"><subject>Научная статья</subject></subj-group></article-categories><title-group><article-title xml:lang="ru">Сравнительная характеристика иммунного ландшафта слизистой оболочки толстой кишки при дивертикулярной болезни</article-title></title-group><contrib-group><contrib contrib-type="author"><contrib-id contrib-id-type="orcid">https://orcid.org/0000-0001-5925-5196</contrib-id><name><surname>Конюкова</surname><given-names>Александра Константиновна</given-names></name><bio><p>младший научный сотрудник лаборатории клинической морфологии (Научно-исследовательский институт морфологии человека имени академика А.П. Авцына ФГБНУ «Российский научный центр хирургии имени академика Б.В. Петровского»); врач-патологоанатом патологоанатомического отделения (ГБУЗ Городская клиническая больница No 31 имени академика Г.М. Савельевой Департамента здравоохранения города Москвы)</p></bio><email>have.to.study@yandex.ru</email><xref ref-type="aff" rid="aff1"></xref><xref ref-type="aff" rid="aff2"></xref></contrib><contrib contrib-type="author"><contrib-id contrib-id-type="orcid">https://orcid.org/0000-0003-2052-914X</contrib-id><name><surname>Михалева</surname><given-names>Людмила Михайловна</given-names></name><bio><p>доктор медицинских наук, профессор; заведующая лабораторией клинической морфологии (Научно-исследовательский институт морфологии человека имени академика А.П. Авцына ФГБНУ «Российский научный центр хирургии имени академика Б.В. Петровского»); директор, заведующая патологоанатомическим отделением (ГБУЗ Городская клиническая больница No 31 имени академика Г.М. Савельевой Департамента здравоохранения города Москвы); профессор кафедры патологической анатомии (ФГБОУ ДПО Российская медицинская академия непрерывного профессионального образования Минздрава России)</p></bio><xref ref-type="aff" rid="aff1"></xref><xref ref-type="aff" rid="aff2"></xref><xref ref-type="aff" rid="aff3"></xref></contrib><contrib contrib-type="author"><contrib-id contrib-id-type="orcid">https://orcid.org/0000-0003-2396-223X</contrib-id><name><surname>Шаповальянц</surname><given-names>Сергей Георгиевич</given-names></name><bio><p>доктор медицинских наук, профессор; заведующий кафедрой госпитальной хирургии No 2 (ФГАУ ВО Российский национальный исследовательский медицинский университет имени Н.И. Пирогова Минздрава России); заведующий хирургическим отделением (ГБУЗ Городская клиническая больница No 31 имени академика Г.М. Савельевой Департамента здравоохранения города Москвы)</p></bio><xref ref-type="aff" rid="aff4"></xref><xref ref-type="aff" rid="aff2"></xref></contrib><contrib contrib-type="author"><contrib-id contrib-id-type="orcid">https://orcid.org/0000-0002-9463-8229</contrib-id><name><surname>Михалев</surname><given-names>Александр Иванович</given-names></name><bio><p>доктор медицинских наук; профессор кафедры госпитальной хирургии No 2 (ФГАУ ВО Российский национальный исследовательский медицинский университет имени Н.И. Пирогова Минздрава России); врач-хирург (ГБУЗ Городская клиническая больница No 31 имени академика Г.М. Савельевой Департамента здравоохранения города Москвы)</p></bio><xref ref-type="aff" rid="aff4"></xref><xref ref-type="aff" rid="aff2"></xref></contrib><contrib contrib-type="author"><contrib-id contrib-id-type="orcid">https://orcid.org/0000-0002-9623-3962</contrib-id><name><surname>Болихов</surname><given-names>Кирилл Валерьевич</given-names></name><bio><p>кандидат медицинских наук; доцент кафедры госпитальной хирургии No 2 (ФГАУ ВО Российский национальный исследовательский медицинский университет имени Н.И. Пирогова Минздрава России)</p></bio><xref ref-type="aff" rid="aff4"></xref></contrib><contrib contrib-type="author"><contrib-id contrib-id-type="orcid">https://orcid.org/0000-0003-3922-6210</contrib-id><name><surname>Шулаев</surname><given-names>Андрей Владимирович</given-names></name><bio><p>заведующий отделением онкологии, врач-хирург (ГБУЗ Городская клиническая больница No 31 имени академика Г.М. Савельевой Департамента здравоохранения города Москвы)</p></bio><xref ref-type="aff" rid="aff2"></xref></contrib></contrib-group><aff id="aff1"><city>Москва</city><country>Россия</country><institution>Научно-исследовательский институт морфологии человека имени академика А.П. Авцына ФГБНУ «Российский научный центр хирургии имени академика Б.В. Петровского»</institution></aff><aff id="aff2"><city>Москва</city><country>Россия</country><institution>ГБУЗ Городская клиническая больница No 31 имени академика Г.М. Савельевой Департамента здравоохранения города Москвы</institution></aff><aff id="aff3"><city>Москва</city><country>Россия</country><institution>ФГБОУ ДПО Российская медицинская академия непрерывного профессионального образования Минздрава России</institution></aff><aff id="aff4"><city>Москва</city><country>Россия</country><institution>ФГАУ ВО Российский национальный исследовательский медицинский университет имени Н.И. Пирогова Минздрава России</institution></aff><author-notes><fn fn-type="coi-statement"><p>Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.</p></fn></author-notes><pub-date date-type="pub" iso-8601-date="2025-05-28"><day>28</day><month>05</month><year>2025</year></pub-date><volume>14</volume><issue>3</issue><fpage>33</fpage><lpage>41</lpage><history><date date-type="received" iso-8601-date="2024-11-22"><day>22</day><month>11</month><year>2024</year></date><date date-type="accepted" iso-8601-date="2025-02-17"><day>17</day><month>02</month><year>2025</year></date></history><permissions><copyright-statement>© Конюкова А. К., Михалева Л. М., Шаповальянц С. Г., Михалев А. И., Болихов К. В., Шулаев А. В., 2025</copyright-statement><copyright-year>2025</copyright-year><copyright-holder>Конюкова А. К., Михалева Л. М., Шаповальянц С. Г., Михалев А. И., Болихов К. В., Шулаев А. В.</copyright-holder></permissions><self-uri xlink:href="http://cem-journal.ru/index.php/cem/article/view/327/268" xlink:title="URL">http://cem-journal.ru/index.php/cem/article/view/327/268</self-uri><abstract><p><italic>Введение.</italic> Дивертикулярная болезнь толстой кишки является одним из наиболее распространенных заболеваний желудочно-кишечного тракта. У 75% людей с дивертикулярной болезнью она протекает бессимптомно. В то же время в 15% случаев могут возникнуть осложнения, требующие неотложного хирургического вмешательства, а в оставшихся 10% наблюдается хроническое рецидивирующее течение. В плановой хирургии уровень послеоперационной летальности составляет менее 2%, тогда как при экстренных вмешательствах этот показатель достигает уже 20%. Социальный аспект данной проблемы касается ухудшения качества жизни пациентов, большинство которых подвергается экстренным операциям с формированием колостомы. Таким образом, чрезвычайно важным является определение предикторов осложненного течения дивертикулярной болезни для своевременной диагностики, адекватной маршрутизации и эффективного лечения этой категории пациентов. Цель нашего исследования — оценка местного иммунитета слизистой оболочки толстой кишки у пациентов с разным течением дивертикулярной болезни для выявления особенностей иммунного ландшафта при осложненном течении.</p><p><italic>Материалы и методы</italic>. Проведена оценка качественного состава местного иммунитета слизистой оболочки толстой кишки в операционном материале от 68 пациентов, перенесших левостороннюю гемиколэктомию.</p><p><italic>Результаты</italic>. В исследовании показано, что количество СD4+, CD8+ и C138+ иммунных клеток различается во всех сравниваемых группах, а количество CD56+ и CD68+ клеток различно в группах с дивертикулярной болезнью и группе сравнения (p&lt;0,05).</p><p><italic>Заключение</italic>. Полученные данные демонстрируют значимые различия в качественном составе иммунокомпетентных клеток слизистой оболочки толстой кишки в группах пациентов с дивертикулярной болезнью и группе сравнения, что указывает на роль местного иммунитета в патогенезе развития осложненного течения дивертикулярной болезни.</p></abstract><kwd-group><kwd>дивертикулярная болезнь толстой кишки</kwd><kwd>осложненное течение</kwd><kwd>местный иммунитет</kwd><kwd>иммунный ландшафт</kwd></kwd-group><funding-group><funding-statement>Исследование выполнено в рамках государственного бюджетного финансирования.</funding-statement></funding-group></article-meta></front><body><p><bold>Введение</bold></p><p></p><p>Дивертикулярная болезнь толстой кишки (ДБТК) – распространенная патология пищеварительной системы, особенно в России, странах Европы и Северной Америки. Примерно 10% населения в возрастной группе от 40 до 49 лет страдает от этой болезни, а среди людей старше 70 лет показатель достигает 70% [1–3]. Почти у каждого третьего пациента ДБТК протекает с осложнениями, такими как острый дивертикулит, острый паракишечный инфильтрат, образование абсцесса и перфорация дивертикула, что может привести к развитию перитонита [4, 5]. Согласно зарубежным исследованиям, осложнения возникают примерно у одной из 20 женщин и одного из 30 мужчин в популяции [6]. Важно отметить, что число пациентов с первым в жизни острым эпизодом ДБТК, подвергшихся экстренному оперативному лечению, достигает 20% [7]. Летальность в случаях планового хирургического вмешательства составляет менее 2%, в то время как при экстренной операции она, по данным разных источников литературы, достигает 10–45% [8–11].</p><p>Проблема социально значима, так как экстренное хирургическое вмешательство зачастую завершается формированием колостомы [8, 12]. Важно отметить, что почти половина пациентов, перенесших экстренное хирургическое вмешательство, остается носителями колостомы. Причиной тому в 30% наблюдений является отказ пациентов от повторного хирургического вмешательства из-за нежелания подвергаться риску во время операции, а в 70% случаев отягощенный соматический статус и коморбидность [13].</p><p>Не менее важен и экономический аспект лечения болезни и ее осложнений. Согласно данным национальной статистики западных стран, с каждым годом затраты на стационарное лечение ДБТК увеличиваются, в частности в США с 1997 по 2015 год сумма, выделенная на лечение пациентов с ДБТК, выросла более чем 2 раза [14].</p><p>В развитых странах Запада показатели осложненной формы ДБТК каждый год стабильно увеличиваются. Это негативно сказывается на качестве жизни пациентов с данной нозологией и вызывает серьезные проблемы в диагностике, маршрутизации и лечении [15, 16].</p><p>Таким образом, важным междисциплинарным вопросом в настоящее время является создание комплекса предикторов высокого риска развития гнойных осложнений ДБТК, что позволит выполнять плановые хирургические вмешательства с целью снижения числа экстренных хирургических операций с худшим прогнозом для пациентов как в плане их здоровья, так и качества жизни.</p><p><bold>Материалы и методы</bold></p><p>В исследовании ретроспективно проанализированы 68 клинических наблюдений: пациенты (26 мужчин и 42 женщин) в возрасте от 27 до 94 лет (Ме=60 [51; 72,5]) с последовательно выполненными левосторонними гемиколэктомиями (n=47) и резекциями сигмовидной кишки (n=21).</p><p>Исследование проведено в соответствии с положениями Хельсинкской декларации Всемирной медицинской ассоциации и одобрено этическим комитетом РНЦХ им. акад. Б.В. Петровского (протокол № 3 от 23.03.2023).</p><p>Проанализированные клинические наблюдения были разделены на три группы: осложненное течение ДБТК (ОДБТК) (37), неосложненное течение ДБТК (НДБТК) (19) и случаи без дивертикулов толстой кишки (12). Мы оценивали пол и возраст пациентов, состав иммунокомпетентных клеток слизистой оболочки толстой кишки.</p><p>Патологоанатомическое исследование полученного биопсийного и операционного материала проводилось по стандартной методике. Полученный материал фиксировали в 10% нейтральном забуференном растворе формалина и после гистологической проводки в автоматическом гистопроцессоре Leica ASP 300 (Leica Microsystems, Германия) заливали в парафин на станции Leica EG 1150 (Leica Microsystems, Германия). Гистологические срезы толщиной 4 мкм окрашивали гематоксилином и эозином в автоматической станции Leica ST 5010 (Leica Microsystems, Германия). Микроскопическое исследование осуществляли на тринокулярном микроскопе Leica DMLB (Leica Microsystems, Германия, окуляры ×5, ×10, ×20, ×40) с использованием цифровой камеры Leica DFC 420 (Leica Microsystems, Германия). Захват изображений проводили с помощью программного обеспечения Leica Application SuiteX (LASX; Leica Microsystems, Германия).</p><p>Иммуногистохимическое (ИГХ) исследование выполняли, используя иммуностейнеры Leica Bond-maX (Германия), Roche Ventana BenchMark Ultra (США) при помощи антител: Roche/Ventana CONFIRM™ anti-CD4 (SP35) Rabbit Monoclonal Primary Antibody (Ready-To-Use), Roche/Ventana CONFIRM™ anti-CD8 (SP57) Rabbit Monoclonal Primary Antibody (Ready-To-Use), Roche/Ventana CONFIRM™ anti-CD20 (L26) Primary Antibody (Ready-To-Use), CELL MARQUE CD56 (MRQ-42) Rabbit Monoclonal Antibody (Ready-To-Use), Roche/Ventana CONFIRM™ anti-CD68 (KP-1) Primary Antibody (Ready-To-Use), CELL MARQUE CD138/syndecan-1 (B-A38) Mouse Monoclonal Antibody (Ready-To-Use). Были выявлены Т-хелперы (CD4+ лимфоциты), Т-киллеры (CD8+ лимфоциты), В-лимфоциты (CD20+ клетки), NK-клетки (CD56+ клетки), макрофаги (CD68+ клетки), плазмоциты (CD138+ клетки).</p><p>Подсчет иммунопозитивных клеток проводили в 10 полях зрения слизистой оболочки толстой кишки вне дивертикулов при ×400 с последующим определением среднего арифметического (М) для каждого случая. Из подсчета были исключены поля зрения вблизи лимфоидных фолликулов подслизистой оболочки толстой кишки и вблизи дивертикулов с выраженным гнойным воспалением.</p><p>При статистической обработке данных применяли программное обеспечение IBM SPSS Statistics Base 23 (США), Jamovi (version 2.3, open-source). Для оценки нормальности распределения данных каждой группы использовали критерии Колмогорова–Смирнова и Шапиро–Уилка. Для описания тенденций величин с распределением, отличающемся от нормального, брали медиану и квартили (Me [Q1; Q3]). Для сравнения групп применялись U-критерий Манна–Уитни, Н-критерий Краскела–Уоллиса с дальнейшим проведением апостериорных попарных сравнений Двасса–Стила–Кричлоу–Флигнера. Результаты считали значимыми при p&lt;0,05.</p><p><bold>Результаты</bold></p><p>Медиана возраста пациентов, включенных в исследование, равнялась 60 годам (51; 72,5). В ходе исследования было выявлено, что ДБТК чаще встречалась у женщин, чем у мужчин, независимо от варианта течения (61 против 39%, соответственно).</p><p>Частота встречаемости осложнений ДБТК распределялась следующим образом: дивертикулит (n=7, 18,9%), абсцедирование (n=16, 43,2%), перфорация стенки дивертикула (n=14, 37,8%).</p><p>При оценке клеточного состава местного иммунитета слизистой оболочки толстой кишки было подсчитано количество иммунопозитивных клеток в поле зрения (табл. 1).</p><p>Выявлены тенденция увеличения числа CD4+, CD8+ и CD138+ клеток в ряду группа сравнения–ОДБТК–НДБТК (рис. 1, 2, табл. 2), а также рост количества CD56+ и CD68+ клеток в группах с ДБТК по сравнению с группой без дивертикулов (рис. 3, табл. 2).</p><p>При попарном сравнении групп были выявлены статистически значимые различия в количестве CD4+, CD8+ и CD138+ клеток во всех трех группах исследования, а различия в количестве СD56+ и CD68+ клеток установлены только в группах с дивертикулярной болезнью и без дивертикулов толстой кишки. Статистически значимые различия в исследуемых группах при сравнении количества CD20+ клеток не обнаружены (табл. 2).</p><p><bold>Обсуждение</bold></p><p>Известно, что дивертикулярная болезнь сопровождается воспалительными изменениями слизистой оболочки толстой кишки [17, 18].</p><p>Нами было показано статистически значимое различие количества CD4+, CD8+ (Т-лимфоциты) и CD138+ (плазмоциты) иммунных клеток в слизистой оболочке толстой кишки как между группами с ДБТК и без дивертикулов, так и между группами с разным течением ДБТК. Различие в количестве плазмоцитов (СD138+ иммунные клетки) указывает на хронический характер воспаления при дивертикулярной болезни независимо от клинического варианта течения заболевания, что было отмечено в предшествующих исследованиях зарубежных авторов [19, 20]. В группе НДБТК продемонстировано наибольшее количество плазмоцитов в поле зрения, что может быть связано с тем, что при длительном хроническом течении ДБТК с периодическими эпизодами дивертикулита без гнойных осложнений воспалительный процесс постепенно прогрессирует, в то время как в группе с ОДБТК у пациентов, как правило, при первом эпизоде дивертикулита развиваются гнойные осложнения, приводящие к хирургическому вмешательству, за счет которого длительность фонового хронического воспаления уменьшается.</p><p>Продемонстрировано статистически значимое повышение CD4+ и CD8+ клеток (Т-лимфоциты) в ряду группа без дивертикулов–ОДБТК–НДБТК. Известно, что данные субпопуляции лимфоцитов участвуют в иммунном ответе на инфекционные агенты, при этом CD4+ лимфоциты регулируют дифференцировку CD8+ лимфоцитов при персистирующих инфекциях [21], что указывает на важную роль состава микробиоты толстой кишки как инфекционного агента в развитии ДБТК в различных вариантах ее течения. При этом G. Barbara et al. в своем исследовании не выявили отличий в количестве Т-лимфоцитов в слизистой оболочке толстой кишки при ДБТК [22]. Расхождение данных в показателях местного иммунитета слизистой оболочки толстой кишки может быть связано как с индивидуальными особенностями состава микробиоты, так и с уровнем общего иммунитета в каждом отдельном клиническим случае.</p><p>Выявлено статистически значимое различие в количестве CD56+ и CD68+ клеток между группой без дивертикулов и группами с ДБТК. Тем не менее между группами с разным течением ДБТК статистически значимые различия в этом показателе не выявлены. Подобные результаты по уровню макрофагов (CD68+ клеток) отметили и другие исследователи, подтверждая, что субпопуляции макрофагов у пациентов с дивертикулярной болезнью отличаются от таковых у пациентов группы сравнения, с преобладанием провоспалительных [23, 24].</p><p>Роль местного иммунитета слизистой оболочки толстой кишки в патогенезе развития гнойных осложнений ДБТК активно обсуждается отечественными и зарубежными исследователями. Многие из них связывают изменения иммунного ландшафта слизистой оболочки толстой кишки с нарушением ее микробиоты, которая начинает играть провоспалительную роль в патогенезе как дивертикулярной болезни, так и других заболеваний, в которых воспаление участвует в патогенезе [25–27].</p><p>Изменения иммунного ландшафта слизистой оболочки толстой кишки при ДБТК являются одним из звеньев ее патогенеза и могут применяться в качестве диагностического критерия развития НДБТК и ОДБТК у пациентов с впервые выявленными дивертикулами толстой кишки. В предшествующих исследованиях нами были продемонстрированы статистически значимые изменения мышечной и нервной ткани стенки толстой кишки у пациентов с различным течением ДБТК [28–30]. Представленные морфологические изменения необходимо рассматривать в совокупности, а также с учетом дополнительных методов исследования пациентов для комплекса предикторов осложненного течения ДБТК.</p><p><bold>Заключение</bold></p><p>Изменения местного иммунитета слизистой оболочки толстой кишки являются основой патогенетических механизмов развития дивертикулярной болезни толстой кишки и разных вариантов ее течения. Принимая во внимание исследования с результатами, отличающимися от наших, необходимо отметить важность сопоставления иммунного ландшафта слизистой оболочки толстой кишки с состоянием микробиоты и анализами крови в каждом клиническом случае. Наши исследования направлены на комплексную оценку морфологических изменений стенки толстой кишки при дивертикулярной болезни. Это поможет сформулировать объективные морфологические критерии для патологоанатомов и хирургов, что позволит в будущем выявлять пациентов с высокой вероятностью развития гнойных осложнений дивертикулярной болезни. Полученные данные будут способствовать ранней диагностике осложненного течения дивертикулярной болезни при патоморфологическом исследовании биопсийного материала колонобиопсии.</p></body><back><ref-list><ref id="ref1"><label>1</label><mixed-citation xml:lang="en"><italic>Piscopo N, Ellul P.</italic> Diverticular disease: a review on pathophysiology and recent evidence. Ulster Med J. 2020;89(2):83–8. PMID: 33093692.</mixed-citation></ref><ref id="ref2"><label>2</label><mixed-citation xml:lang="en"><italic>Eckmann JD, Shauka A.</italic> Updates in the understanding and management of diverticular disease. Curr Opin Gastroenterol. 2022;38(1):48–54. DOI: 10.1097/MOG.0000000000000791.</mixed-citation></ref><ref id="ref3"><label>3</label><mixed-citation><italic>Воронцов О.Ф., Толочик В.В., Михин И.В., Китаева А.В., Грэб К</italic>. Дивертикулярная болезнь: от традиций к инновациям. Вестник Волгоградского государственного медицинского университета. 2020;4(76):92–95. DOI: 10.19163/1994-9480-2020-4(76)-92-95.</mixed-citation></ref><ref id="ref4"><label>4</label><mixed-citation xml:lang="en"><italic>Tursi A, Scarpignato C, Strate LL, Lanas A, Kruis W, Lahat A et al.</italic> Colonic diverticular disease. Nat Rev Dis Primers. 2020;6(1):20. DOI: 10.1038/s41572-020-0153-5.</mixed-citation></ref><ref id="ref5"><label>5</label><mixed-citation><italic>Ардатская М.Д., Подставкина И.С., Мордасова В.И., Коротких Н.Н., Гарушьян Г.В.</italic> Ретроспективный анализ распространенности, особенностей течения, лечения и исходов дивертикулярной болезни по данным многопрофильного стационара. Экспериментальная и клиническая гастроэнтерология. 2020;176(4):77–82. DOI: 10.31146/1682-8658-ecg-176-4-77-82.</mixed-citation></ref><ref id="ref6"><label>6</label><mixed-citation xml:lang="en"><italic>Lammert F, Lynen Jansen P, Lerch M.</italic> Gastroenterology White Paper 2020/2021: Diseases of the gastrointestinal tract, liver and pancreas – present and future. Berlin, Boston: De Gruyter, 2019. 290 p. DOI: 10.1515/9783110642513.</mixed-citation></ref><ref id="ref7"><label>7</label><mixed-citation xml:lang="en"><italic>Khalil HA, Yoo J.</italic> Colorectal emergencies: perforated diverticulitis (operative and nonoperative management). J Gastrointest Surg. 2014;18(4):865–8. DOI: 10.1007/s11605-013-2352-9.</mixed-citation></ref><ref id="ref8"><label>8</label><mixed-citation xml:lang="en"><italic>Humes DJ.</italic> Changing epidemiology: does it increase our understanding? Dig Dis. 2012;30(1):6–11. DOI: 10.1159/000335692.</mixed-citation></ref><ref id="ref9"><label>9</label><mixed-citation><italic>Левчук А.Л., Абдуллаев Э.Г., Абдуллаев А.Э.</italic> Диагностика острого дивертикулита толстой кишки и его осложнений. Вестник Национального медико-хирургического Центра им. Н.И. Пирогова. 2021;3(16):25–32. DOI: 10.25881/20728255_2021_16_3_25.</mixed-citation></ref><ref id="ref10"><label>10</label><mixed-citation xml:lang="en"><italic>Cameron R, Walker MM, Thuresson M, Roelstraete B, Sköldberg F, Olén O et al. </italic>Mortality risk increased in colonic diverticular disease: a nationwide cohort study. Ann Epidemiol. 2022;76:39–49. DOI: 10.1016/j.annepidem.2022.10.006.</mixed-citation></ref><ref id="ref11"><label>11</label><mixed-citation xml:lang="en"><italic>Swanson SM, Strate LL.</italic> Acute colonic diverticulitis. Ann Intern Med. 2018;168(9):ITC65–80. DOI: 10.7326/AITC201805010.</mixed-citation></ref><ref id="ref12"><label>12</label><mixed-citation xml:lang="en"><italic>Coakley KM, Davis BR, Kasten KR.</italic> Complicated diverticular disease. Clin Colon Rectal Surg. 2021;34(2):96–103. DOI: 10.1055/s-0040-1716701.</mixed-citation></ref><ref id="ref13"><label>13</label><mixed-citation xml:lang="en"><italic>Hallam S, Mothe BS, Tirumulaju R.</italic> Hartmann&apos;s procedure, reversal and rate of stoma-free survival. Ann R Coll Surg Engl. 2018;100(4):301–7. DOI: 10.1308/rcsann.2018.0006.</mixed-citation></ref><ref id="ref14"><label>14</label><mixed-citation xml:lang="en"><italic>Fialho A, Fialho A, Shuja A.</italic> Analysis of the epidemiological trends on inpatient diverticulosis admissions in the US: a longitudinal analysis from 1997-2018. Cureus. 2023;15(2):e34493. DOI: 10.7759/cureus.34493.</mixed-citation></ref><ref id="ref15"><label>15</label><mixed-citation xml:lang="en"><italic>Peery AF, Shaukat A, Strate LL</italic>. AGA clinical practice update on medical management of colonic diverticulitis: expert review. Gastroenterology. 2021;160(3): 906–11.e.1. DOI: 10.1053/j.gastro.2020.09.059.</mixed-citation></ref><ref id="ref16"><label>16</label><mixed-citation><italic>Хаджи Исмаил И.А., Воробей А.В., Лагодич Н.А., Дыбов О.Г., Старостин А.М., Батурин И.К</italic>. Дивертикулярная болезнь ободочной кишки: патогенез, классификация и осложнения. Медицинские новости. 2020;6(309):25–29. Доступно по адресу: https://www.elibrary.ru/item.asp?id=43122367 (получено 23.11.2024).</mixed-citation></ref><ref id="ref17"><label>17</label><mixed-citation xml:lang="en"><italic>Tursi A, Elisei W.</italic> Role of inflammation in the pathogenesis of diverticular disease. Mediators Inflamm. 2019;2019:8328490. DOI: 10.1155/2019/8328490.</mixed-citation></ref><ref id="ref18"><label>18</label><mixed-citation xml:lang="en"><italic>Calin, G, Abd El Aziz MA, Paolini L, Abdalla S, Rottoli M, Mari G et al.</italic> Symptomatic uncomplicated diverticular disease (SUDD): practical guidance and challenges for clinical management. Clin Exp Gastroenterol. 2023;16:29–43. DOI: 10.2147/CEG.S340929.</mixed-citation></ref><ref id="ref19"><label>19</label><mixed-citation xml:lang="en"><italic>Strate LL, Morris AM.</italic> Epidemiology, pathophysiology, and treatment of diverticulitis. Gastroenterology. 2019;156(5):1282–98.e1. DOI: 10.1053/j.gastro.2018.12.033.</mixed-citation></ref><ref id="ref20"><label>20</label><mixed-citation xml:lang="en"><italic>Scaioli E, Colecchia A, Marasco G, Schiumerini R, Festi D.</italic> Pathophysiology and therapeutic strategies for symptomatic uncomplicated diverticular disease of the colon. Dig Dis Sci. 2016;61(3):673–83. DOI: 10.1007/s10620-015-3925-0.</mixed-citation></ref><ref id="ref21"><label>21</label><mixed-citation xml:lang="en"><italic>Zander R, Schauder D, Xin G, Nguyen C, Wu X, Zajac A et al.</italic> CD4+ T cell help is required for the formation of a cytolytic CD8+ T cell subset that protects against chronic infection and cancer. Immunity. 2019;51(6):1028–42.e4. DOI: 10.1016/j.immuni.2019.10.009.</mixed-citation></ref><ref id="ref22"><label>22</label><mixed-citation xml:lang="en"><italic>Barbara G, Scaioli E, Barbaro MR, Biagi E, Laghi L, Cremon C et al</italic>. Gut microbiota, metabolome and immune signatures in patients with uncomplicated diverticular disease. Gut. 2017;66(7):1252–61. DOI: 10.1136/gutjnl-2016-312377.</mixed-citation></ref><ref id="ref23"><label>23</label><mixed-citation xml:lang="en"><italic>Schieffer KM, Emrich SM, Yochum GS, Koltun WA.</italic> CD163L1+CXCL10+ macrophages are enriched within colonic lamina propria of diverticulitis patients. J Surg Res. 2021;267:527–35. DOI: 10.1016/j.jss.2021.06.016.</mixed-citation></ref><ref id="ref24"><label>24</label><mixed-citation xml:lang="en"><italic>von Rahden BH, Kircher S, Thiery S, Landmann D, Jurowich CF, Germer CT et al. </italic>Association of steroid use with complicated sigmoid diverticulitis: potential role of activated CD68+/CD163+ macrophages. Langenbecks Arch Surg. 2011;396(6):759–68. DOI: 10.1007/s00423-011-0797-4.</mixed-citation></ref><ref id="ref25"><label>25</label><mixed-citation xml:lang="en"><italic>Nasef NA, Mehta S.</italic> Role of inflammation in pathophysiology of colonic disease: an update. Int J Mol Sci. 2020;21(13):4748. DOI: 10.3390/ijms21134748.</mixed-citation></ref><ref id="ref26"><label>26</label><mixed-citation xml:lang="en"><italic>Caër C, Wick MJ.</italic> Human intestinal mononuclear phagocytes in health and inflammatory bowel disease. Front Immunol. 2020;11:410. DOI: 10.3389/fimmu.2020.00410.</mixed-citation></ref><ref id="ref27"><label>27</label><mixed-citation xml:lang="en"><italic>Kvasnovsky CL, Leong LEX, Choo JM, Abell GCJ, Papagrigoriadis S, Bruce KD et al. </italic>Clinical and symptom scores are significantly correlated with fecal microbiota features in patients with symptomatic uncomplicated diverticular disease: a pilot study. Eur J Gastroenterol Hepatol. 2018;30(1):107–12. DOI: 10.1097/MEG.0000000000000995.</mixed-citation></ref><ref id="ref28"><label>28</label><mixed-citation><italic>Конюкова А.К., Михалева Л.М., Козлова М.А., Арешидзе Д.А., Печникова В.В., Шаповальянц С.Г. и др</italic>. Патологические изменения мышечной ткани в стенке толстой кишки при дивертикулярной болезни. Архив патологии. 2024;86(4):13–22. DOI: 10.17116/patol20248604113.</mixed-citation></ref><ref id="ref29"><label>29</label><mixed-citation><italic>Конюкова А.К., Михалева Л.М., Козлова М.А., Арешидзе Д.А., Шаповальянц С.Г., Михалев А.И. и др</italic>. Патологические изменения нервных ганглиев толстой кишки при различных вариантах течения дивертикулярной болезни. Клиническая и экспериментальная хирургия. Журнал имени академика Б.В. Петровского. 2024;12(3):23–31. DOI: 10.33029/2308-1198-2024-12-3-23-31.</mixed-citation></ref><ref id="ref30"><label>30</label><mixed-citation><italic>Конюкова А.К., Шаповальянц С.Г., Михалев А.И., Болихов К.В., Шулаев А.В., Гутырчик Н.А. и др. </italic>Морфологические и генетические предикторы осложненного течения дивертикулеза толстой кишки. Клиническая и экспериментальная морфология. 2022;11(3):5–14. DOI: 10.31088/CEM2022.11.3.5-14.</mixed-citation></ref></ref-list></back></article>