<?xml version="1.0" encoding="UTF-8"?>
<!DOCTYPE article PUBLIC "-//NLM//DTD JATS (Z39.96) Journal Archiving and Interchange DTD v1.4 20241031//EN" "https://jats.nlm.nih.gov/archiving/1.4/JATS-archive-oasis-article1-4-mathml3.dtd">
<article xmlns:ali="http://www.niso.org/schemas/ali/1.0/" xmlns:mml="http://www.w3.org/1998/Math/MathML" xmlns:xlink="http://www.w3.org/1999/xlink" xmlns:xsi="http://www.w3.org/2001/XMLSchema-instance" xsi:noNamespaceSchemaLocation="https://jats.nlm.nih.gov/archiving/1.4/xsd/JATS-archive-oasis-article1-4-mathml3.xsd" article-type="research-article" xml:lang="ru"><front><journal-meta><journal-title-group><journal-title xml:lang="ru">Клиническая и экспериментальная морфология</journal-title></journal-title-group><issn publication-format="print">2226-5988</issn><issn publication-format="electronic">2686-6749</issn><publisher><publisher-name xml:lang="ru">ООО &quot;Группа МДВ&quot;</publisher-name></publisher></journal-meta><article-meta><article-id pub-id-type="doi">10.31088/CEM2025.14.5.22-29</article-id><article-categories><subj-group subj-group-type="article-type"><subject>Научная статья</subject></subj-group></article-categories><title-group><article-title xml:lang="ru">Центролобулярные некрозы печени при сепсисе</article-title></title-group><contrib-group><contrib contrib-type="author"><contrib-id contrib-id-type="orcid">https://orcid.org/0000-0003-3215-3901</contrib-id><name><surname>Чирский</surname><given-names>Вадим Семенович</given-names></name><bio><p>доктор медицинских наук, профессор; заведующий кафедрой патологической анатомии (ФГБВОУ ВО Военно-медицинская академия имени С.М. Кирова МО РФ)</p></bio><email>v_chirsky@mail.ru</email><xref ref-type="aff" rid="aff1"></xref></contrib><contrib contrib-type="author"><contrib-id contrib-id-type="orcid">https://orcid.org/0000-0003-1973-9211</contrib-id><name><surname>Андреева</surname><given-names>Елена Анатольевна</given-names></name><bio><p>кандидат медицинских наук; доцент кафедры патологической анатомии (ФГБВОУ ВО Военно-медицинская академия имени С.М. Кирова МО РФ)</p></bio><xref ref-type="aff" rid="aff1"></xref></contrib><contrib contrib-type="author"><contrib-id contrib-id-type="orcid">https://orcid.org/0000-0001-9592-6858</contrib-id><name><surname>Наливкина</surname><given-names>Наталья Александровна</given-names></name><bio><p>старший преподаватель кафедры патологической анатомии (ФГБВОУ ВО Военно-медицинская академия имени С.М. Кирова МО РФ)</p></bio><xref ref-type="aff" rid="aff1"></xref></contrib><contrib contrib-type="author"><contrib-id contrib-id-type="orcid">https://orcid.org/0000-0001-5116-1291</contrib-id><name><surname>Сидорин</surname><given-names>Василий Сергеевич</given-names></name><bio><p>доктор медицинских наук, доцент; научный сотрудник научно-исследовательского отдела медико-биологических исследований (ФГБВОУ ВО Военно-медицинская академия имени С.М. Кирова МО РФ)</p></bio><xref ref-type="aff" rid="aff1"></xref></contrib></contrib-group><aff id="aff1"><city>Санкт-Петербург</city><country>Россия</country><institution>ФГБВОУ ВО Военно-медицинская академия имени С.М. Кирова МО РФ</institution></aff><author-notes><fn fn-type="coi-statement"><p>Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.</p></fn></author-notes><pub-date date-type="pub" iso-8601-date="2025-10-09"><day>09</day><month>10</month><year>2025</year></pub-date><volume>14</volume><issue>5</issue><fpage>22</fpage><lpage>29</lpage><history><date date-type="received" iso-8601-date="2025-03-26"><day>26</day><month>03</month><year>2025</year></date><date date-type="accepted" iso-8601-date="2025-06-27"><day>27</day><month>06</month><year>2025</year></date></history><permissions><copyright-statement>© Чирский В. С., Андреева Е. А., Наливкина Н. А., Сидорин В. С., 2025</copyright-statement><copyright-year>2025</copyright-year><copyright-holder>Чирский В. С., Андреева Е. А., Наливкина Н. А., Сидорин В. С.</copyright-holder></permissions><self-uri xlink:href="http://cem-journal.ru/index.php/cem/article/view/350/287" xlink:title="URL">http://cem-journal.ru/index.php/cem/article/view/350/287</self-uri><abstract><p><italic>Введение.</italic> В настоящее время отсутствует убедительная информация о времени и механизмах формирования центролобулярных некрозов печени при сепсисе, а также приемлемые для клинического использования лабораторные показатели, характеризующие этот феномен. Исследование данных вопросов и стало целью настоящего исследования.</p><p><italic>Материалы и методы.</italic> Проведен клинико-морфологический анализ 42 случаев летальных исходов у пациентов с сепсисом. При микроскопическом исследовании количественно определялись диаметр артериол и портальных трактов, индекс Керногана артериол, полнокровие, наличие тромбов, лейкоцитарного стаза, удельный объем нейтрофильных лейкоцитов, апоптотических телец, выраженность холестаза.</p><p><italic>Результаты.</italic> При сепсисе в печени в 3-й зоне ацинусов обнаружены массивные центролобулярные некрозы гепатоцитов (43% умерших), центролобулярная дискомплексация гепатоцитов (24% умерших), очаговые некрозы гепатоцитов (33% умерших). Умершие в первые сутки после развития септического шока по характеру изменений гепатоцитов 3-й зоны ацинусов в основном распределялись на группы с очаговыми некрозами и центролобулярной дискомплексацией гепатоцитов. Начиная со вторых суток изменения печени в большей степени представлены массивными центролобулярными некрозами гепатоцитов. Примерно одинаковое среднее артериальное давление при центролобулярной дискомплексации гепатоцитов и массивных центролобулярных некрозах, а также более раннее развитие дискомплексации свидетельствуют о стадийности процесса ишемической гибели гепатоцитов.</p><p><italic>Заключение.</italic><bold> </bold>В центролобулярных отделах долек печени при сепсисе в зависимости от степени снижения артериального давления и времени, прошедшего после его развития, возникают массивные центролобулярные некрозы, центролобулярная дискомплексация и очаговые некрозы гепатоцитов, наличие которых в части случаев можно расценивать как форму, так и стадию поражения печени при сепсисе. Основным механизмом формирования некроза гепатоцитов служит нарушение центральной гемодинамики вследствие септического шока.</p></abstract><kwd-group><kwd>сепсис</kwd><kwd>гипоксический гепатит</kwd><kwd>центролобулярный некроз</kwd><kwd>септический шок</kwd><kwd>билирубин</kwd></kwd-group><funding-group><funding-statement>Исследование выполнено в рамках государственного бюджетного финансирования.</funding-statement></funding-group></article-meta></front><body><p><bold>Введение</bold></p><p>Сепсис продолжает оставаться одной из ведущих причин смерти пациентов как хирургических, так и терапевтических стационаров [1–4]. Его важнейшим и неотъемлемым патогенетическим звеном является синдром полиорганной недостаточности (СПОН) [5–7].</p><p>Поражение печени при СПОН характеризуется некрозом гепатоцитов преимущественно 3-й зоны ацинусов (центролобулярными некрозами) [8, 9]. Гибель гепатоцитов сопровождается гиперферментемией, а также вследствие нарушения внутрипеченочного транспорта билирубина паренхиматозной желтухой, в данном случае обозначаемой как сепсис-индуцированная [10–12]. Уровень общего билирубина при этом может составлять от 85 до 170 ммоль/л.</p><p>Анализ уровня общего билирубина в сыворотке крови используется для оценки функции печени при СПОН, в частности по шкале SOFA (Sequential Organ Failure Assessment, последовательная оценка органной недостаточности). При этом необходимо отметить, что его повышение характерно для поздних сроков септического процесса, когда морфологические изменения уже значительны [13, 14].</p><p>Несмотря на то, что некрозы гепатоцитов 3-й зоны ацинусов при сепсисе встречаются достаточно часто, до сих пор нет убедительных данных о времени их формирования и механизмах ишемического поражения органа (дилатация сосудов при шоке и/или обтурация их при тромбоваскулите и синдроме диссеминированного внутрисосудистого свертывания), а также приемлемых для клинического использования лабораторных показателях, характеризующих этот феномен. Изучение данных вопросов и стало целью настоящего исследования.</p><p><bold>Материалы и методы </bold></p><p>Изучены 42 случая летальных исходов у пациентов за период с 2010 по 2022 год с диагнозом «сепсис» (22 мужчины и 20 женщин) из архива кафедры патологической анатомии Военно-медицинской академии имени С.М. Кирова. Исследование одобрено этическим комитетом академии (протокол № 290 от 23.03.2024). Во всех случаях при морфологическом исследовании были обнаружены некротические изменения гепатоцитов 3-й зоны ацинусов.</p><p>Средний возраст умерших составил 50,1±3,6 года. Средняя длительность госпитализации – 14,4±2,6 койко-дня.</p><p>Во всех наблюдениях сепсис имел бактериальную этиологию, при этом в подавляющем числе грамотрицательными микроорганизмами (88%). У 20 умерших бактериальный сепсис осложнил течение COVID-19, в 15 случаях была диагностирована менингококцемия.</p><p>Согласно критериям «Сепсис-3», в исследования включались случаи, в которых выполнялись следующие условия:</p><p>– наличие источника инфекции (в том числе менингококцемия),</p><p>– синдром полиорганной недостаточности.</p><p>Критериями исключения из исследования служили наличие у умерших первичного поражения печени: вирусный гепатит, цирроз, первичные злокачественные новообразования печени и метастатическое поражение.</p><p>Среди клинических показателей проанализированы уровень общего и прямого билирубина, активность аминотрансфераз, содержание лейкоцитов, тромбоцитов, эритроцитов, гемоглобина в крови, концентрации общего белка и альбумина, лактата, факторов свертываемости крови. Учитывалось максимальное отклонение показателей от референтных значений, а также перед летальным исходом.</p><p>Гистологические препараты окрашивали гематоксилином и эозином. Кроме того, проводилось иммуногистохимическое исследование с использованием антител к CD15 (система визуализации MP-001 Mouse/rabbit Multiplex detection system, Diagnostic Biosystems, США) для выявления нейтрофильных лейкоцитов и макрофагов в ткани печени. При микроскопическом исследовании количественно определялись диаметр артериол и портальных трактов, индекс Керногана артериол (рассчитывался как отношение толщины стенки сосуда к диаметру просвета, умноженное на 100), полнокровие, наличие тромбов, лейкоцитарного стаза, бактерий в просвете сосудов, удельный объем нейтрофильных лейкоцитов, апоптотических телец (тельца Каунсильмена) (подсчет среднего числа в поле зрения при ×400). Выраженность холестаза оценивалась посредством подсчета числа полей зрения при ×200, в которых имелись скопления желчи в протоках и цитоплазме гепатоцитов (всего оценивали 15 полей зрения).</p><p>Статистическая обработка результатов выполнена при помощи табличного редактора Excel (Microsoft, США), в частности его модулей «Анализ данных» и «Мастер диаграмм», а также пакета Statistica 10 for Windows (StatSoft, США). Описательная статистика числовых данных в группах наблюдения проводилась путем вычисления средних значений исследуемых величин и стандартных ошибок среднеквадратичного отклонения (m), а также медианы с определением 1-го и 3-го квартилей. Оценку статистической значимости показателей и различий оцениваемых выборок проводили по критерию Манна–Уитни для малых выборок при уровне р&lt;0,05.</p><p><bold>Результаты </bold></p><p>У пациентов, умерших от сепсиса, в печени в 3-й зоне ацинусов обнаруживались три группы некротических изменений гепатоцитов:</p><p>1. массивные центролобулярные некрозы;</p><p>2. центролобулярная дискомплексация;</p><p>3. очаговые некрозы.</p><p>Массивные центролобулярные некрозы гепатоцитов (МЦНГ) выявлены у 18 из 42 умерших (43%) (рис. 1). Возраст умерших данной группы составил 56,5±3,5 года, продолжительность госпитализации – 77,0±13,0 суток.</p><p>Клинически у пациентов данной группы септический шок был диагностирован только в трети случаев (шесть из 18). Минимальный уровень среднего артериального давления у 75% умерших с МЦНГ был ниже 65 мм рт. ст. (медиана 52,0 [41,8; 65,0]) (табл.). Индекс Керногана артерий портальных трактов составлял 48,9±3,5 единицы.</p><p>МЦНГ формировались у пациентов, как правило, не ранее чем через сутки, чаще – через двое суток (медиана 2,0 [1,0; 6,0]) после развития септического шока.</p><p>Уровень активности аланинаминотрансферазы (АЛТ) и аспартатаминотрансферазы (АСТ) у пациентов с МЦНГ был повышен, медиана составляла 114,0 ед/л (91,3; 296,2) и 167,3 ед/л (92,6; 364,5), соответственно. Во всех наблюдениях отмечались высокие уровни прокальцитонина (до 100,0 нг/мл). Уровень лактата достигал 24 ммоль/л (медиана 4,9 [3,6;10,3]).</p><p>Гипербилирубинемия (медиана уровня общего билирубина 48,7 мкмоль/л [27,9; 99,1], прямого – 20,9 ммоль/л [6,5; 45,6]) отмечалась только у половины умерших с МЦНГ. Уровень общего билирубина чаще соответствовал 1 баллу по шкале SOFA. При этом морфологические признаки холестаза выявлены у 83% умерших с МЦНГ. При наличии признаков холестаза медиана уровня общего билирубина составляла 24,3 мкмоль/л (13,0; 63,6), прямого – 20,9 мкмоль/л (6,5; 45,6). Уровень общего билирубина коррелировал с выраженностью морфологических признаков холестаза (ρ=0,59, p&lt;0,05).</p><p>Лейкоцитарные стазы встречались у шести из 18 умерших данной группы (33%) (три в центральных венах, четыре в венах и два в артериях портальных трактов). Медиана удельного объема нейтрофильных лейкоцитов составляла 1,5 ед. (0,5; 3,6) (рис. 2).</p><p>Формирование фибриновых тромбов выявлено в четырех случаях из 18 (22%) (одно в центральных венах, два в венах и одно в артериях портальных трактов).</p><p>Сладж-феномен обнаружен в восьми случаях из 18 (44%) (два в центральных венах, пять в венах и шесть в артериях портальных трактов). В трех наблюдениях (17%) имели место диапедезные кровоизлияния в области портальных трактов, при этом тромбы в просвете микрососудов отсутствовали.</p><p>Удельный объем телец Каунсильмена в 1-й и 2-й зонах ацинусов составлял 0,9 ед. (0,3; 2,4) (табл.).</p><p>У 10 из 42 умерших (24%) изменения паренхимы печени в 3-й зоне ацинусов характеризовались центролобулярной дискомплексацией гепатоцитов (ЦДГ). Средний возраст умерших данной группы был меньше, чем в случаях с массивными центролобулярными некрозами, и составил 31,2±6,0 года, длительность госпитализации – 8,5±3,0 суток. В данной группе септический шок диагностировался в 70% случаев. У всех пациентов с ЦДГ длительность послешокового периода составляла около одних суток (медиана 1,0 суток [0,5; 1,5]). Среднее артериальное давление максимально снижалось до 31,0 мм рт. ст. (медиана 50,0 мм рт. ст. [47,0; 67,0]). Индекс Керногана артерий портальных трактов составлял 45,5±6,3 единицы</p><p>Во всех наблюдениях отмечались повышение уровня трансаминаз, в среднем активность АЛТ и АСТ находилась на уровне 152,1±85,4 ед/л и 257,8±119,6 ед/л (медиана АЛТ 79,1 ед/л [10,7; 188,3], АСТ – 106,8 ед/л [69,1; 590,5]). Прокальцитонин также был повышен (медиана 9,8 нг/мл [ 3,3; 31,9]).</p><p>Гипербилирубинемия выявлена у двух умерших (48,8 и 161,0 мкмоль/л) и соответствовала 2–3 баллам по шкале полиорганной недостаточности, морфологические признаки холестаза встречались чаще (в 38% наблюдений), медиана уровня общего билирубина при этом составляла 14,1 мкмоль/л (6,7; 161,0), прямого билирубина – 62,6 мкмоль/л (4,6; 120,6).</p><p>Лейкоцитарные стазы встречались в двух из 10 случаев (20 %) (один в венах и один в артериях портальных трактов). Удельный объем нейтрофильных лейкоцитов составлял 7,8 единицы (1,7; 9,2), в сравнении с группой с МЦНГ он был достоверно выше (p=0,039).</p><p>Формирование фибриновых тромбов выявлено в половине случаев (четыре в венах и одно в артериях портальных трактов).</p><p>Сладж-феномен обнаружен в четырех случаях из 10 (40%) (четыре в венах и три в артериях портальных трактов). В одном случае (10%) имели место диапедезные кровоизлияния в области портальных трактов.</p><p>Удельный объем телец Каунсильмена в 1-й и 2-й зонах ацинусов составлял 1,6 ед. (0,6; 1,9) (табл.).</p><p>Очаговые центролобулярные некрозы гепатоцитов (ОЦНГ) встречались у 14 умерших (33%). Они представляли собой некроз групп гепатоцитов с очаговым скоплением полиморфноядерных лейкоцитов (рис. 3).</p><p>Средний возраст умерших составил 41,0±7,9 года, длительность госпитализации – 6,3±1,9 суток.</p><p>В данной группе септический шок диагностировали в 50% случаев. Длительность послешокового периода в 12 наблюдениях (86%) составила менее суток, в двух – больше недели (восемь и 19 суток). Минимальный уровень среднего артериального давления был 64,3±4,3 мм рт. ст. (медиана 58,5 мм рт. ст. [53,5; 64,0]). Индекс Керногана артерий портальных трактов составлял 44,1±3,0 единицы.</p><p>Уровень трансаминаз был несколько повышен (медиана АЛТ 67,0 ед/л [0,5; 114,0], АСТ – 83,9 ед/л [31,7; 179,0]). Медиана уровня прокальцитонина составляла 8,3 нг/мл (6,0; 10,0), он оказался самым низким среди групп.</p><p>Гипербилирубинемия выявлялась в 56% случаев (32,7 мкмоль/л [28,6; 38,9]), в большинстве наблюдений соответствовала 2 баллам по шкале SOFA. При микроскопическом исследовании признаки холестаза выявлялись в 27% случаев, медиана общего билирубина в этих случаях составила 36,8 мкмоль/л (34,6; 38,9), прямого билирубина – 18,1 мкмоль/л (13,5; 22,6).</p><p>Лейкоцитарные стазы встречались в двух случаях из 14 (14%) (в одном случае в центральных венах, в другом и в венах, и в артериях портальных трактов). Медиана количества нейтрофильных лейкоцитов в поле зрения при ×400 составила 4,7 единицы (1,0; 9,0).</p><p>Формирование фибриновых тромбов выявлено в трех случаях (21%) (два в центральных венах, одно в венах портальных трактов).</p><p>Сладж-феномен обнаруживался в пяти случаях из 14 (36%) (один в центральных венах, четыре в венах и три в артериях портальных трактов). Диапедезные кровоизлияния отсутствовали во всех случаях.</p><p>Удельный объем телец Каунсильмена составил 1,9 единицы (0,6; 4,0) (табл.).</p><p><bold>Обсуждение</bold></p><p>Результаты исследования показали, что характер и выраженность некротических изменений гепатоцитов в 3-й зоне ацинусов в первую очередь связаны со степенью снижения артериального давления и временем, прошедшим после развития септического шока.</p><p>Так, умершие в первые сутки после развития шока по характеру изменений гепатоцитов 3-й зоны ацинусов в основном распределяются на группы с ОЦНГ (медиана систолического артериального давления (САД) 58,5 мм рт. ст.) и с ЦДГ, где снижение артериального давления более выраженное (САД 50,0 мм рт. ст. [47,0; 67,0]). Начиная со вторых суток изменения в печени у умерших в большей степени представлены МЦНГ (САД 52,5 мм рт. ст. [46,8; 65,0]). Примерно одинаковое САД при ЦДГ и МЦНГ, а также более раннее развитие ЦДГ свидетельствуют о стадийности процесса ишемической гибели гепатоцитов.</p><p>Кроме уровня САД подтверждением роли нарушения центральной гемодинамики в формировании некротических изменений гепатоцитов служит уровень индекса Керногана артериол портальных трактов – более низкий (большая дилатация сосудов сразу после развития шока) в группах с ЦДГ и ОЦНГ в сравнении с умершими с МЦНГ.</p><p>Наличие и соответствие признаков активации свертывающей системы крови (выявление в паренхиме печени сладж-феномена, фибриновых тромбов, диапедезных кровоизлияний) некротическим изменениям гепатоцитов свидетельствуют о ее роли в формировании некроза клеток печени при сепсисе, при этом степень активации свертывающей системы не позволяет рассматривать данный механизм как ведущий при септическом поражении печени.</p><p>Морфологическая степень повреждения гепатоцитов (очаговые некрозы, дископлексация гепатоцитов, массивные центролобулярные некрозы) подтверждается клинико-лабораторными проявлениями синдрома цитолиза – уровнями активности АЛТ, АСТ, гипербилирубинемии [12], имеющими при этом некоторые особенности. Так, амплитуда активности АСТ выше, чем АЛТ, что, возможно, связано с общими ишемическими повреждениями в организме при сепсисе, степени повреждения гепатоцитов соответствовал только уровень прямого билирубина.</p><p>Описываемый в литературе при сепсисе гипоксический гепатит, клинически характеризуемый длительным или транзиторным повышением активности трансаминаз в сыворотке крови (в 20 раз по сравнению с верхней границей нормы) в условиях сосудистой, сердечной или дыхательной недостаточностей при исключении иных причин повреждения печени, встречается достаточно редко. В нашем исследовании, несмотря на выраженные некротические изменения в гепатоцитах в изучаемых группах, только три наблюдения, соответствовали критериям гипоксического гепатита. При этом изменения 3-й зоны ацинусов в двух из них были представлены массивными центролобулярными некрозами, а в одном имели место очаговые некрозы гепатоцитов.</p><p>Схожая картина наблюдалась и при оценке уровня гипербилирубинемии у умерших с некротическими изменениями 3-й зоны ацинусов. Согласно данным литературы [14], значимое повышение уровня билирубина отмечается примерно в 15% случаев гипоксического гепатита. Чувствительность этого метода оценки повреждения печени у пациентов в ранние сроки септического процесса также явно недостаточна, обосновывая необходимость поиска новых подходов.</p><p>Данный феномен ставит вопрос о критериях диагноза «гипоксический гепатит» и возможности использования его при оценке ишемических поражений печени при шоке.</p><p><bold>Заключение</bold></p><p>В центролобулярных отделах печени при сепсисе в зависимости от степени снижении артериального давления и времени, прошедшего после его развития, возникают массивные центролобулярные некрозы, центролобулярная дискомплексация и очаговые некрозы гепатоцитов, наличие которых в части случаев можно расценивать как форму, так и стадию поражения (центролобулярная дискомплексация гепатоцитов и массивные центролобулярные некрозы гепатоцитов) печени при сепсисе.</p><p>Основным механизмом формирования некроза гепатоцитов служит нарушение центральной гемодинамики вследствие септического шока. Ишемическое повреждение печени из-за тромбоваскулита существенного значения в генезе формирования печеночной недостаточности не имеет.</p><p>Клинико-лабораторным показателем, в большей степени характеризующим повреждение печени при сепсисе, является уровень прямого билирубина в сыворотке крови.</p></body><back><ref-list><ref id="ref1"><label>1</label><mixed-citation xml:lang="en"><italic>Hotchkiss RS, Moldawer LL, Opal SM, Reinhart K, Turnbull1 IR, Vincent JL. </italic>Sepsis and septic shock. Nat Rev Dis Primers. 2016;2:16045. DOI: 10.1038/nrdp.2016.45.</mixed-citation></ref><ref id="ref2"><label>2</label><mixed-citation xml:lang="en"><italic>Singer M, Deutschman CS, Seymour CW, Shankar-Hari M, Annane D, Bauer M et al. </italic>Third international consensus definitions for sepsis and septic shock (Sepsis-3). JAMA. 2016;315(8):801–10. DOI: 10.1001/jama.2016.0287.</mixed-citation></ref><ref id="ref3"><label>3</label><mixed-citation xml:lang="en"><italic>Iskander KN, Osuchowski MF, Stearns-Kurosawa DJ, Kurosawa S, Stepien D, Valentine C et al. </italic>Sepsis: multiple abnormalities, heterogeneous responses and evolving understanding. Physiol Rev. 2013;93(3):1247–88. DOI: 10.1152/physrev.00037.2012.</mixed-citation></ref><ref id="ref4"><label>4</label><mixed-citation><italic>Руднов В.А., Кулабухов В.В.</italic> Сепсис-3: обновленные ключевые положения, потенциальные проблемы и дальнейшие практические шаги. Вестник анестезиологии и реаниматологии. 2016;13(4):4–11. DOI: 10.21292/2078-5658-2016-13-4-4-11.</mixed-citation></ref><ref id="ref5"><label>5</label><mixed-citation><italic>Чирский В.С., Юзвинкевич А.К., Андреева Е.А.</italic> Критерии морфологической диагностики сепсиса. Вестник Российской военно-медицинской академии. 2018;64(4):66–71. Доступно по адресу: https://elibrary.ru/item.asp?id=36462884 (получено 24.03.2025).</mixed-citation></ref><ref id="ref6"><label>6</label><mixed-citation><italic>Корольков А.Ю., Попов Д.Н., Китаева М.А., Танцев А.О.</italic> Критерии диагностики и лечебная тактика при остром холангите и билиарном сепсисе: взгляд с современных позиций. Вестник Российской Военно-медицинской академии. 2019;S1:40–43. Доступно по адресу: https://elibrary.ru/item.asp?id=38166078 (получено 24.03.2025).</mixed-citation></ref><ref id="ref7"><label>7</label><mixed-citation><italic>Боровая Т.Г., Жуховицкий В.Г., Андреевская С.Г., Черкасова М.Н.</italic> Гистологические изменения печени и почек при экспериментальном сепсисе в аспекте специфики строения их микроциркуляторного русла. Патогенез. 2017;15(4):32–37. DOI: 10.25557/GM.2018.4.9746.</mixed-citation></ref><ref id="ref8"><label>8</label><mixed-citation><italic>Воробьева О.В.</italic> Изменения в органах при инфицировании COVID-19 с развитием септикопиемии. Профилактическая медицина. 2021;24(10):89–93. DOI: 10.17116/profmed20212410189.</mixed-citation></ref><ref id="ref9"><label>9</label><mixed-citation><italic>Чирский В.С., Андреева Е.А., Юзвинкевич А.К., Гайворонский И.В.</italic> Патологоанатомическая характеристика септического шока в условиях современной терапии. Журнал анатомии и гистопатологии. 2020;9(1):69–76. DOI: 10.18499/2225-7357-2020-9-1-69-76.</mixed-citation></ref><ref id="ref10"><label>10</label><mixed-citation><italic>Свиридова</italic><italic> </italic><italic>С</italic><italic>.</italic><italic>П</italic><italic>., </italic><italic>Патютко</italic><italic> </italic><italic>Ю</italic><italic>.</italic><italic>И</italic><italic>., </italic><italic>Сотников</italic><italic> </italic><italic>А</italic><italic>.</italic><italic>В</italic><italic>.</italic> Сепсис и дисфункция печени – современное состояние проблемы. Вестник интенсивной терапии. 2016;1:3–12. Доступно по адресу: https://elibrary.ru/item.asp?id=26487711 (получено 24.03.2025).</mixed-citation></ref><ref id="ref11"><label>11</label><mixed-citation><italic>Скворцов В.В., Горбач А.Н.</italic> Сепсис-индуцированная дисфункция печени: современная диагностика и стратегии лечения. Эффективная фармакотерапия. 2020;16(15):80–84. DOI: 10.33978/2307-3586-2020-16-15-80-84.</mixed-citation></ref><ref id="ref12"><label>12</label><mixed-citation><italic>Мишнев О.Д., Туманова У.Н., Щеголев А.И. </italic>Патология печени при сепсисе. Международный журнал прикладных и фундаментальных исследований. 2017;8-2:267–271. Доступно по адресу: https://elibrary.ru/item.asp?id=29902359 (получено 24.03.2025).</mixed-citation></ref><ref id="ref13"><label>13</label><mixed-citation xml:lang="en"><italic>Bakker J, Grover R, McLuckie A, Holzapfel L, Andersson J, Lodato R et al.</italic> Administration of the nitric oxide synthase inhibitor NG-methyl-L-arginine hydrochloride (546C88) by intravenous infusion for up to 72 hours can promote the resolution of shock in patients with severe sepsis: results of a randomized, doubleblind, placebo-controlled multicenter study (study no. 144-002). Crit Care Med. 2004;32(1):1–12. DOI: 10.1097/01.CCM.0000105118.66983.19.</mixed-citation></ref><ref id="ref14"><label>14</label><mixed-citation><italic>Сторожаков Г.И., Осканова Р.С., Ильченко Л.Ю., Косюра С.Д., Федоров И.Г. </italic>Гипоксический гепатит. Архивъ внутренней медицины. 2014;20(6):42–47. DOI: 10.20514/2226-6704-2014-0-6-42-47.</mixed-citation></ref></ref-list></back></article>